Билеты в театр, на концерт, шоу, в цирк — заказ и доставка билетов в Москве: +7 (495) 509-31-77
+7 (495) 509-31-77

Сто лет театру. Февраль и Октябрь в театре. Часть 27

Однако, В. Карпов вступил в театр вскоре после того, как был изжит период самоуправления и автономии. Его приглашение имело целью, главным образом, укрепить авторитет руководства, обеспечить работу театра известными художественно-дисциплинарными нормами и попытаться снова собрать на Академической сцене тот ансамбль, которым она всегда отличалась и всегда гордилась. Эти задачи Е. П. Карпов в известном смысле выполнил, но когда дело дошло до подлинного руководства художественной жизнью театра, то здесь он не смог подняться над, привычной для него, суворинской рутиной, сдобренной некоторой дозой весьма старомодного народничества. С этого момента деятельность Карпова приобретала уже резко отрицательный характер.

В меру своих сил Карпов пытался разрешить проблему "академизма" Александринской сцены, но понимал он этот академизм чрезвычайно упрощенно и рутинно. В результате он, сделав весьма много для упорядочения художественной работы театра, придал ей значительно сниженный и качественно отсталый от уровня истинного академизма характер. В 1921 году уже нельзя было ставить на Академической сцене такие пьесы, как "Дети Ванюшина" или "Красный цветок", а Карпова тянуло именно к таким пьесам, которые заставляли актеров застывать на давно уже пройденном этапе развития театра и ничего, ровно ничего, не давали тому новому зрителю, который довольно крепко обосновался в зале бывшего Александринского театра.

Впрочем, на первом этапе НЭПа зрительный зал пережил некоторые изменения. В театр стала ходить опять та публика, которая была спугнута со своих насиженных мест эпохой военного коммунизма. Поскольку такая публика существовала еще в реальной жизни, она снова заходила в свою "Александринку", где появилась андреевская "Екатерина Ивановна", аверкиевская "Каширская старина", потехинское "Выгодное предприятие". Карпов руководил хорошо известным ему театром и хорошо известной ему труппой, не мудрствуя лукаво. Не мудрствуя лукаво он ухитрился отметить четвертую годовщину Октябрьской революции постановкой "Коварства и любви", не мудрствуя лукаво он делал ставку на старый, доброкачественный драматургический материал и даже сумел поставить на Академической сцене совсем уже суворинскую "Мадам Сан-Жен".

Даже с точки зрения чисто охранительных задач по отношению к Александринскому театру, деятельность Карпова совсем не соответствовала подлинным интересам театра. Карпов охранял то, что осуждалось и в значительной мере было осуждено уже довольно давно самой жизнью. Вернее даже, что он, как никто за всю пятнадцатилетнюю революционную историю Государственного театра Драмы, охранял его от жизни, остановившись на каких-то дальных ее рубежах, и воскрешая у рядовых работников театра атавистические инстинкты противоестественного консерватизма.

С другой стороны было бы довольно безрассудно полагать, что театр, только что начавший становиться на путь более или менее нормальной производственной работы, мог бы дать что либо большее, чем то, что он дал под карповской эгидой.



Другие части этой главы: 1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22, 23, 24, 25, 26, 27, 28, 29.
Все части книги.

Подпишитесь на рассылку:
Давайте дружить
Как нас найти
+7 (495) 509-31-77
Москва, 2-ой Колобовский переулок, д. 9/2 м. Цветной бульвар
   Rambler's Top100