Билеты в театр, на концерт, шоу, в цирк — заказ и доставка билетов в Москве: +7 (495) 509-31-77
+7 (495) 509-31-77

Сто лет театру. Февраль и Октябрь в театре. Часть 26

Александринский театр, быть может, повинен в том, что он в первом периоде революции слишком часто давал этот задний ход, отдаляя тем самым себя от нужного ему берега, но этот задний ход был неизбежен для того большого поворота, который рано или поздно должен был совершиться, как в интересах самого театра, так и в интересах того массового зрителя, перед которым революция открыла доступ ко всем накопленным в прошлом культурным ценностям.

III

Довольно неожиданно канун восстановительного этапа революции ознаменовался, в жизни Александринского театра, возвращением на должность управляющего труппой, т. е. фактического руководителя деятельностью театра того лица, которое в первые месяцы Октябрьской революции было вместе с Батюшковым вдохновителем антисоветских выступлений, реакционно настроенной части труппы. Е. П. Карпов вернулся теперь уже в Государственный Академический Драматический театр в качестве фигуры, которой было доверено управление художественной жизнью театра, переживавшего серьезный и довольно затяжной кризис.

В. П. Карпов в прошлом был одним из представителей буржуазно-демократического народничества, что стоило ему в свое время довольно продолжительного тюремного заключения и ссылки в Восточную Сибирь. Впоследствии, начиная с 80-х годов прошлого века, он был режиссером "Невского общества народных развлечений", позднее режиссером Александринского и Суворинского театров. Он написал ряд, пользовавшихся значительной известностью, пьес из крестьянского и рабочего быта: "Рабочая слободка", "Мирская вдова", "Шахта Георгий", "Тяжкая доля" и т. д.

Народническая закваска, несмотря на все позднейшие наслоения суворинского толка, сохранилась в Е. П. Карпове довольно устойчиво, но эта закваска с течением времени весьма выдохлась, а главное потеряла свою первоначальную революционную сущность, химически переродившись в то буржуазно-филантропическое народолюбие, которое иногда само стирало границы между собою и официальной, казенной "народностью" помещичье-барских российских верхов.

Е. Карпов пользовался исключительным авторитетом в среде русского актерства. В нем было достаточно того консерватизма, который импонировал актерскому середняку. В то же время он умел мириться с избалованностью премьеров. Наличие авторитета, главным образом, видимо, и предопределило приглашение бывшего псевдо-революционного руководителя Александринской сцены на тот же самый пост, но в совершенно новых общественных условиях.

Революция переступала рубеж новой экономической политики. Открывался первый этап НЭПа и восстановительного периода, который был отмечен частичным тактическим отступлением перед экономической необходимостью—изжить ту нужду и ту разруху, в которую была ввергнута страна в связи с беспримерными историческими испытаниями эпохи гражданской войны. Если бы приглашение Карпова было осуществлено в этот момент, и если бы к этому моменту Государственный Академический Драматический театр имел в своем активе более значительные достижения, чем постановки "Над землей", "Светлого бога" и "Мужичка", мы были бы вправе сказать о происшедшем крене вправо и о неудачном повороте театрального корабля.



Другие части этой главы: 1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22, 23, 24, 25, 26, 27, 28, 29.
Все части книги.

Подпишитесь на рассылку:
Давайте дружить
Как нас найти
+7 (495) 509-31-77
Москва, 2-ой Колобовский переулок, д. 9/2 м. Цветной бульвар
   Rambler's Top100