Билеты в театр, на концерт, шоу, в цирк — заказ и доставка билетов в Москве: +7 (495) 509-31-77
+7 (495) 509-31-77

Сто лет театру. Театр в эпоху крепостничества (1832-1860). Часть 26

Вычеркивает, потому что слова эти могли вызвать "рукоплескания зрителей непривилегированных классов, чему было уже несколько примеров, и, таким образом, оскорблялась, другая часть публики. По обстоятельствам же времени, (1848 год) оно имеет еще более значения. По воззвании государя дворянство со всех концов России поспешило выразить чувства преданности к престолу и потому не время в театре, назначенном для удовольствия, раздражать целое сословие пустою фразою".

Тридцатые годы, когда начинал свою деятельность Александрийский театр, были годами расцвета русской художественной прозы — пушкинской и гоголевской. Великий поэт первый положил прекрасное начало, первый оставил возвышенные сферы и без фигурных украшений стал воспевать действительность:

..песчаный косогор,
Перед избушкой две рябины,
Калитку, сломаный забор.

В сороковые годы русский роман совершенно изменил и формы, и содержание. Он обратился к жизни, старался дать картину русской действительности.

Театр же занимался только тем, что копировал французский подлинник и преподносил зрителю не жизнь с ее сложными и многообразными явлениями, не обрисовку характеров и среды, не рисовал наши нравы и образ жизни, не вскрывал противоречия жизни, а кормил публику произведениями, в которых, по удачному выражению Белинского, общество наше так же было похоже на русское общество, как и на арабское. Пьес серьезных, вдумчивых репертуар Александрийского театра в тридцатых-сороковых годах почти не знал. Трудно назвать с десяток пьес, в которых с художественным талантом и правдивостью отразилась русская жизнь эпохи. Не являлось ни одного таланта, который бы смог и сумел придать драматическому театру необходимую творческую полноту и общественный смысл. Грибоедов, Гоголь бросили только семена, но урожая не было. Театр Гоголя и Грибоедова заглох среди драматургических плевел. Русская сцена все еще продолжала рядиться в размалеванные, раззолоченные лохмотья, продолжала оставаться в плену обветшалых традиций.

Театр бежал от жизни, окружил себя подо-зрительными личностями и в конце концов очутился в когтях театральной бюрократии с одной стороны (дирекция императорских театров) и в жутких объятиях III отделения, с другой. И Герцен был совершенно прав, когда писал, что русский театр до такой степени нечистоплотен и загажен, до такой степени проникнут крепостничеством и жандармскими настроениями, что честному русскому литератору итти туда крайне рискованно без опасения быть заподозренным в принадлежности к III отделению к своре Булгариных, Полевых и Кукольников.

— Трудно победить чувство грусти, когда вспоминаешь, что было играно. Всякое искусство, всякая наука, всякий журнал, всякий театр принесли из своего годового похода какой-нибудь трофей... Один Александрийский театр ни со щитом, ни на щите, однако, по прежнему веселый и беспечный, точно как будто ему и в жизнь не должна была притти ни одна серьезная мысль, — с грустью заканчивал критик годовой театральный отчет.




Другие части этой главы: 1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22, 23, 24, 25, 26, 27, 28, 29, 30, 31, 32, 33, 34, 35, 36, 37, 38, 39, 40, 41, 42, 43, 44, 45, 46, 47, 48, 49, 50, 51, 52, 53, 54, 55, 56, 57, 58, 59, 60, 61.
Все части книги.

Подпишитесь на рассылку:
Давайте дружить
Как нас найти
+7 (495) 509-31-77
Москва, 2-ой Колобовский переулок, д. 9/2 м. Цветной бульвар
   Rambler's Top100