Билеты в театр, на концерт, шоу, в цирк — заказ и доставка билетов в Москве: +7 (495) 509-31-77
+7 (495) 509-31-77

Чехов оказался безыдейным

Коммерсант, 16 сентября 2004 года
                                                                     Чехов оказался безыдейным
"Три сестры" в постановке Петра Фоменко
На сцене филиала Малого театра "Мастерская Петра Фоменко" показала премьеру "Трех сестер". Как и всех других режиссерских работ Петра Фоменко, чеховскую постановку театральная Москва ждала с нетерпением. На сей раз с особым – ведь на сцене вновь собрались те актеры, которые первый раз заставили говорить о себе весь город полтора десятилетия назад. Рассказывает РОМАН ДОЛЖАНСКИЙ.

Когда не так давно театр-мастерская отмечал свое десятилетие, Петр Фоменко неоднократно высказывался в том смысле, что успех – а "Мастерская" по праву считается одним из любимых и самых популярных в Москве театров – таит в себе опасность, что для правильного развития творческого организма содержательная неудача подчас важнее (а потому даже желаннее) очередной победы. Многим казалось, что театральный мудрец и великий мастер слегка лукавит и немного кокетничает – ну хотя бы для того, чтобы снизить пафос юбилейных славословий.

На "Трех сестрах" стало понятно, что он говорил абсолютно серьезно. И что впервые поставив в мастерской большую пьесу Чехова (на гитисовском курсе Петр Фоменко несколько лет назад сделал "Свадьбу"), педагог не случайно собрал свой "первый призыв" – тех, кто играл "Волков и овец", "Приключение", "Владимира третьей степени". Тех, кто, по его мнению, научился щелкать новые роли как орехи, по-прежнему элегантно и обаятельно, но уже мастеровито, всех этих своих выросших чудаков и проказниц, принадлежащих уже не только своему театральному гнезду, но и кино, и телевидению, и даже цветным журнальным обложкам. И не для того собрал, чтобы подвести итоги – а пьеса "Три сестры", как ни верти, настраивает на ностальгически-прощальный лад, но для того скорее, чтобы обрисовать масштаб задач на будущее, показать, что бога (то есть Чехова) за бороду так просто не схватишь. В этом смысле разочарование от премьерного показа "Трех сестер" скорее обнадеживает, нежели всерьез обескураживает.

Минутами кажется, что завтра пересказать спектакль собеседникам не составит труда. Разумеется, тем, кто хорошо знает текст и хорошо знает труппу "Мастерской Петра Фоменко". Надо просто взять программку и мысленно соединить хрестоматийный текст с любимыми актерами и особенно актрисами, с их интонациями, пластикой, глазами. Галина Тюнина – Ольга, Полина Кутепова – Маша, Ксения Кутепова – Ирина, Мадлен Джабраилова – Наташа, Юрий Степанов – Чебутыкин, Рустем Юскаев – Вершинин. Разумеется, в спектакле немало всяких деталей и обстоятельств, которые надо бы прибавить – угадать или вообразить заочно не выйдет. Надо прибавить, например, про танец-прощание Тузенбаха. На одном плече у него, вышедшего недавно в отставку, висит темная и простая офицерская шинель, а на другом – щегольской светлый плащ, а в руках фуражка и шляпа, он машет рукавами и почти жонглирует головными уборами, точно фокусник. Или про истерику Ирины в третьем акте, когда она срывает серую занавеску и бегает как привидение, а сестры неловко пытаются высвободить ее. Или как няня кормит младшую сестру с ложечки и она то и дело подбегает за очередной порцией, хотя драма близится к развязке. Или про то, как в конце первого акта смущенная Наташа в прихожей зарывается головой в висящие на вешалке шинели, а тут военные начинают быстро по одному уходить и разбирают одежду. В общем, не самое это благодарное дело – рецензировать поставленные таким образом спектакли: только начнешь вспоминать симпатичные неожиданные детали, как они сразу выстраиваются в очередь на упоминание. Места немного, а предложить вместо частностей обобщение не получается, потому что оно не предложено театром.

Конечно, приятно, что великую драматургию играют живые, умные, талантливые актеры. Кстати, если заочно фантазировать о спектакле, то можно вспомнить, что в спектаклях Петра Фоменко всегда есть такое порхание вблизи бездны. Это театральная радость, от которой всего несколько шагов не до беды, но до какой-то черной дыры, где все знакомое и родное искривляется и разрушается. Именно тот ветерок, что дует оттуда,– иногда еле заметный, иногда довольно порывистый – делает слышным то самое пресловутое "легкое дыхание", о котором принято писать в связи с "Мастерской". Манить к себе, "порхать", очаровывать и радоваться жизни актеры вроде бы не разучились – бездн у Чехова полно, правда, не зияющих, а коварно "присыпанных" деталями быта. Но в "Трех сестрах" пока видно только хождение по ровному полу.

Так что "легкое дыхание" пока приходится вычитать из рассказов о спектакле, а не прибавлять к ним. Есть еще вещи, которых хотелось бы избежать. Например, сценографическое решение Владимира Максимова – легкие металлические арки, больше похожие на старый вокзал, тот самый, с которого сестрам не уехать в Москву. Кажется, что видел это уже десяток раз в периферийных театрах. В последнем акте открывается аллея, совсем уж похожая на вокзальные перроны, между которыми дорога без рельсов и шпал. Туда же падают желтые осенние листья – эту деталь оформления четвертого акта пьесы, на мой вкус, пора запретить специальным законом.

И есть еще один присочиненный персонаж, которого придется добавить к рассказу, как ни хотелось бы вычесть его из спектакля. Это "человек в пенсне", одетый в черное. Сначала он сидит за конторкой, подает зрителям звонок, читает из писем Чехова о том, что автору хотелось бы присутствовать на репетициях. А персонажи начинают действие как бы помимо воли этого человека. Потом он ходит по сцене, выполняя мелкие поручения – то свечу задуть, то магний для фотосъемки поджечь, то вместо суфлера перед рампой посидеть, то ремарку прочесть. В последнем акте господин так настырно и нервно напоминает героям о необходимости соблюдать паузы, что вспоминаешь "человека в футляре". Нет, все-таки это не Чехов, хотя и обещает в финале следующую пьесу сделать очень смешной. Тем более что Антон Павлович, по-моему, вообще не поддается "отделению" от своих текстов. Нет необходимости у этого автора приглядывать за персонажами. Но неуместность в спектакле означенного действующего лица все-таки объяснить трудно. Ну, как про зеленый пояс к розовому платью – не потому, что "есть примета", а потому, что "просто не идет... и как-то странно..."

Театр Мастерская П. Фоменко - ближайшие представления:


Завещание Чарльза Адамса 25.01.2020 26.01.2020
Самое важное 25.01.2020 20.02.2020
Счастливые дни 26.01.2020 30.01.2020
Смешной человек 27.01.2020 25.02.2020
Школа жен 28.01.2020 19.02.2020
Подпишитесь на рассылку:
Давайте дружить
Как нас найти
+7 (495) 509-31-77
Москва, 2-ой Колобовский переулок, д. 9/2 м. Цветной бульвар
   Rambler's Top100