Билеты в театр, на концерт, шоу, в цирк — заказ и доставка билетов в Москве: +7 (495) 509-31-77
+7 (495) 509-31-77

Самый совершенный инструмент

Время новостей, 10 июля 2000 года
Марина Давыдова
                                                        Самый совершенный инструмент
Константин Райкин отметил свое пятидесятилетие, сыграв на «Контрабасе»
Официальная премьера по знаменитой пьесе Патрика Зюскинда состоится сегодня. На субботнее представление билеты в кассах не продавали, ибо заявленный в афише спектакль был лишь частью торжества, которое устроили в «Сатириконе» по случаю юбилея его художественного руководителя. Торжественность обстановки особенно подчеркивали милицейские оцепления и выстроенные у входа металлоискатели. В гости к Райкину приехали самые неожиданные люди — от Юрия Лужкова и Ирины Хакамады до Филиппа Киркорова, Николая Расторгуева и Нани Брегвадзе. Металлоискатели, однако, поставили не из-за них. К Райкину пожаловал сам Владимир Путин, что дало основание перешептывающимся в кулуарах представителям театральной общественности объявить «Сатирикон» «главным театром страны». Президент вручил юбиляру орден «За заслуги перед Отечеством» («А какой степени?» — заволновались приглашенные, но ответа не получили) и произнес поздравительную речь — для функционера его масштаба удивительно трогательную и искреннюю. Особенно красноречиво Путин поведал о своей любви к Райкину-старшему («Он был для нас больше чем Чаплин») и своем «коммунальном» детстве. «Я, сын простых родителей, никогда не думал, что буду вручать награду сыну великого артиста», — скромно заметил президент.

Известно, что играть на зал, в котором собрались цвет театрального бомонда, вездесущая пресса и официальные лица, — самое сложное испытание для актера. Особенно если учесть, что «Контрабас» Зюскинда — это, строго говоря, не пьеса, а длинный монолог музыканта-неудачника. Театральные люди знают, что моноспектакль, сыгранный не в камерном пространстве, а на большой (в «Сатириконе» прямо-таки огромной) сцене, — самый сложный театральный жанр. Такое испытание по плечу лишь артисту экстракласса. Райкин продемонстрировал этот самый класс. Он держал в напряжении зрительный зал два часа кряду, что по театральным меркам почти подвиг. Впрочем, выбор пьесы был предопределен, как мне кажется, не только желанием одержать победу по гамбургскому счету или любовью талантливого постановщика спектакля Елены Невежиной к зарубежной интеллектуальной прозе (она уже ставила Милана Кундеру, Тома Стоппарда, Айрис Мердок, и взяться за Зюскинда ей сам бог велел), но и причиной иного порядка.

Ассоциации, которые вызывают текст Зюскинда и его персонаж, столь обширны, что им можно посвятить отдельную статью. От Акакия Акакиевича из гоголевской «Шинели», «Неточки Незвановой» с незадачливым отчимом-скрипачом до чеховской «Лекции о вреде табака» или «Репетиции оркестра» Федерико Феллини. Контрабас становится для героя воплощением фрейдистских и профессиональных комплексов. Он вожделеет его как женщину и ненавидит как соперника в любовных делах, объявляет; фундаментом, на котором стоит любой оркестр, и проклинает как самый бессмысленный и неблагозвучный инструмент. Специальная оптика маленького человека придает всем дирижерам мира и всем великим композиторам — от Моцарта до Вагнера — совершенно неожиданный масштаб, где единицей измерения становится не вклад в мировое искусство, а партия контрабаса. Этот сидящий в самом последнем ряду госоркестра, одинокий, жаждущий любви и признания герой вызывает одновременно сострадание и смех, чувство превосходства и невольное желание себя с ним отождествить.

Для Райкина такая роль оказалась прекрасной возможностью продемонстрировать не только многогранность таланта, но и — что существеннее — собственную театральную генеалогию. Сила инерции, как известно, страшная сила, и артист, в чьем репертуаре последнее время были сплошь трагические роли — Гамлет, Сирано де Бержерак, Грегор Замза из «Превращения» Кафки, — по-прежнему воспринимается широкими кругами населения как гуттаперчевый шут, вечный Труффальдино со смешными ужимками и прыжками. В общем, театрально-кинематографический вариант эстрадного комика. В «Контрабасе» бенефициант, последнее время упорно скрывавший свою склонность к эстрадной эксцентрике, как будто намеренно к ней вернулся. Словно пытаясь доказать, что заостренность, гротеск и даже репризный метод подачи текста не мешают «жизни человеческого духа». Герой Зюскинда обрел в его исполнении небольшое брюшко и едва заметный еврейский колорит. Он научился держать паузу перед кульминационной фразой не хуже Хазанова, повторять одну и ту же реплику с отрешенным видом не хуже Карцева (у Зюскинда, кстати, таких повторов нет) и изображать лицом игру контрабаса так, как это умеет только сам Райкин. Другими словами, он обрел все черты эстрадной маски, не утратив при этом живой человеческой сути. И в этом, вероятно, состояла задача артиста. Доказать, что из репризного «сора» можно извлечь максимум драматизма, что между эстрадой и театром нет непроходимой грани и что самый совершенный на свете инструмент — это не контрабас, равно как не скрипка, виолончель или труба, а сам лицедей. Особенно, если его зовут Константин Райкин.

Театр Сатирикон - ближайшие представления:


Глупости 30.01.2020 31.01.2020
МОЙ ПАПА - ПИТЕР ПЭН 02.02.2020 15.02.2020
Все оттенки голубого 03.02.2020 29.03.2020
ДОН ЖУАН 04.02.2020 13.02.2020
БЕСПРИДАННИЦА 05.02.2020 19.02.2020
Подпишитесь на рассылку:
Давайте дружить
Как нас найти
+7 (495) 509-31-77
Москва, 2-ой Колобовский переулок, д. 9/2 м. Цветной бульвар
   Rambler's Top100